Итальянская версия сайта

Алексей Кара-Мурза

Знаменитые русские о Флоренции

Сортировать

[]

Александр Юсупов

«В Италию, в Италию!..»

«...А вместо Италии попал в Семипалатинск». Так писал в одном из писем Ф.М. Достоевский, делясь мечтой детства и сокрушаясь, что жизнь приготовила ему путешествие в иные земли. Впрочем, до Италии он впоследствии все же доберется и именно там, несколько раз откладывая сроки, допишет роман «Идиот». Визиты Достоевского во Флоренцию – своего рода собирательный образ русского путешествия: тут были и прогулки, и осмотр достопримечательностей, и разговоры за парой-другой бутылок красного, и – литература; «когда солнце – это почти что рай»; действительно, чтобы попасть в него из Флоренции, достаточно было перешагнуть лишь через один порог.

Маршрут по «русским местам» Флоренции занял бы по меньшей мере дня три; и это в темпе «джоггинг-туризма», к которому теперь сводится практически любая поездка. Важность этой книги Алексея Кара-Мурзы, равно как и других томов серии, посвященных Риму, Неаполю, Венеции и Амальфи (первые два были, как и флорентийский, переизданы), среди прочего, заключается в ином ценностном восприятии времени: благодаря прямой речи соавторов-путешественников, тративших ни одну неделю на то, чтобы добраться до Флоренции, и, как следствие, не готовых тут же с ней расстаться, на первый план выходит именно жизнь в городе – погружение в быт, атмосферу и собственные мысли. Кстати, не всегда положительные: Достоевский жалуется на климат, Чайковский – на исполнительский уровень местных музыкантов («Подлец дирижер»), Фонвизин – вообще на все, включая комаров, которые «кусают исподтишка». Однако, за деталями в каждом отчете вырастает один и тот же образ – города пусть и не вечного, но гармоничного настолько, что он кажется созданным самой природой. Если следовать метафоре Делакруа о том, что природа есть словарь, то «город» и «Флоренция» окажутся в нем абсолютными синонимами. Для русского человека это значит невероятно много – и к длинной веренице слов, дополняющих образ, вслед за «солнцем», «теплом», «сыростью», «дождем» и даже пресловутыми фонвизинскими комарами возникает строка Бродского, перекликающаяся с первой терциной главного флорентийского произведения: «Что-то вправду от леса имеется в атмосфере этого города». Оттуда можно спуститься в Ад, что делает Данте; или подняться в Рай – и не случайно «Врата Рая» Гиберти притягивают внимание всех без исключения путешественников, ощущающих, видимо, в этот момент собственное родство со скитальцами.

Город – нервный узел человечества; продолжая эту мысль П. Вайля, можно с уверенностью сказать, что в узле под названием «Флоренция» сплелись нити, натянутые не только вдоль, но и поперек. Их кусочки, как след оборванных пуговиц, остались в текстах, партитурах, письмах. Достоевский мечтал приобрести фотографию «Врат Рая», чтобы повесить ее у себя в кабинете; о путешествии по ту сторону нарисованной картины лучше всего рассказывает именно итальянская сказка, автор которой, Карло Коллоди, родом из Флоренции. Увезти город в чемодане, впрочем, никому не удалось; в этой связи осуществленное А. Кара-Мурзой собрание под обложкой книги отзвуков русских голосов на флорентийских улицах – хороший повод выслушать их и вступить с ними в диалог, вспомнив о том, что переживания, в отличие от «твитов», не имеют ограничений в знаках.

  • Комментарии [0]

    Оставить комментарий